вторник, 19 января 2016 г.

СТАРЫЕ НОВЫЕ ЗНАКОМЫЕ


Люблю свою работу! Ведь, где еще можно узнать столько нового и интересного? Казалось бы, обычная памятка в плане – 19 января, 105 лет со дня рождения Анатолия Софронова. Ну, Софронов, ну, Анатолий, и что? Поэт, прозаик, драматург… Идем в интернет, смотрим, сможет ли нас удивить чем-нибудь сей товарищ?... Ого… Да ладно… "Стряпуха" (даже я помню) … тексты песен… «Шумел сурово Брянский лес»?! Неожиданно… Сходила в хранилище. У нас, оказывается, даже книги его есть! Неслыханная удача!

Как ни полистать для ознакомления и ликвидации еще одного пробела в моем, далеко не энциклопедическом могзу? Можно было бы конечно свалить все на современное образование.. А что, все так делают, это проще, чем признаться в собственном несовершенстве. Зато, сейчас я как ребенок могу радоваться новым эмоциям и открытиям, что преподносит мне библиотека, а не усиленно вспоминать все то, что, возможно, когда-то давным-давно было смутно-знакомым, малопонятным и явно не ко времени извлеченным. Анатолий Сафронов, как раз вошел в число тех, чьим творчеством я отныне могу насладиться. И хотя, познакомиться довелось пока только со стихами, уже завела себе "любимчиков", которыми, так уж и быть поделюсь с вами. Первое, что, открыв и полистав сборник, сразу бросилось  глаза – невероятная и трепетно оберегаемая любовь к Дону. Столько, сколько Софронов, думаю, о Доне не писал никто. Затем, уже в годы Великой Отечественной войны, поэзия Сафронова сменилась настроением и пропиталась людской скорбью и мужеством, тяжестью тех дней, недель, месяцев и лет, тех событий, свидетелем которых он стал, будучи спецкором газеты "Известия". Далее послевоенный период, редакторство журналом "Огонек", заграничные поездки (Индия, Япония, Египет, Китай, Индонезия, Сингапур, Норвегия, Швеция, Аргентина, Чили и мн. другие страны), как новый источник вдохновения как поэтического, так и "публицистического" (в смысле путевых заметок и эссе).
Драматургический талант Софронова также пользовался огромной популярностью. Чего только стоит знаменитая и любимая многими "Стряпуха" (1957-1959), экранизированная в 1965 году. Только в 1960 году эта пьеса была сыграна 4637 раз. Подобный интерес сподвиг Сафронова к написанию продолжения, также весьма успешных: «Стряпуха замужем» (1961), «Павлина» (1964) и «Стряпуха-бабушка» (1978).
Ну, вот, наверное и все, что я хотела сказать. А на посошок – обещанные "любимчики". Быть может и у вас тоже есть любимые стихотворения Софронова? Не стесняйтесь, делиться ими в комментариях.
Пошла читать дальше. Ваша Lee-Ann.










БЕРЕЗА
Я бродил один над морем
У подножья старых гор,
И меня тропа крутая
Выводила на простор.

Я бродил один у моря,
Где магнолия цвела,
И меня тропа крутая
В лес шумящий привела.

Лес стоял высок и строен,
И не молод, и не стар –
Белоствольную березу
Я увидел средь чинар.

Из Тамбова или Курска,
Может быть, из-под Москвы –
Белоствольную березу
В шумной зелени листвы.

У корней березы звонко
Пробегал в тени ручей.
Темнолистые чинары
Уступили место ей.

Кедр высокий и могучий
От жары ее хранил,
Он широкими листами
От лучей ее укрыл.

Так, в кругу гостеприимном
Белоствольная росла
И товарищей хороших
И подруг себе нашла.

Из Тамбова или Курска,
Может быть из-под Москвы –
Белоствольная береза
В шумной зелени листвы.

(1939)










РОДИНА
Запомнил ты раскаты грома,
Что над округой грохотал,
Когда ты у родного дома
Босым мальчишкою стоял.

И убегала вдаль дорога,
И вслед за нею гром летел, –
А ты у милого порога,
Раскрыв глаза на мир глядел.

Тогда не знал ты, что с годами,
Где б ни был ты – в краю чужом,
За рубежом, за рубежами, –
Ты будешь помнить отчий дом.

Простой порог, тропинку к дому,
Два тихих клена над окном –
Все, что зовем не по-иному,
А только родиной зовем.

Все, что запало в душу с детства,
С дымком вечерним голубым,
Что, как бесценное наследство,
Вручаем детям мы своим.

И наше счастье и тревоги –
Все, что в обход не обойти,
И наши трудные дороги,
И благородные пути.

И это небо голубое,
И трав весенний малахит,
И этот флаг, что над тобою
Огнем немеркнущим горит.

(1956)

P.S. От себя хочу добавить – концовка просто шикарная. И пусть над нами реет уже не тот, огненный, а другой флаг. Эти строки (как и многие другие, кстати) все равно наполняют сердце теплотой, гордостью и благодарностью.







ЕСТЬ У МЕНЯ ДРУЗЬЯ НА БЕЛОМ СВЕТЕ…
Есть у меня друзья на белом свете,
Считай их день, неделю – не сочтешь;
И друг за друга мы всегда в ответе,
И каждый чем-нибудь особенным хорош!

Мой Дон родной, Цимлянская станица,
Склоненный парус над донской водой, –
Там осветила за рекой зарница
Начало дружбы нашей молодой.

Ковыль, да степь, да ивы цвет зеленый,
Курень казачий, таловый плетень…
Товарищ мой, на шлюзах Волго-Дона
Тебя я встретил в знойный летний день…

Поеду в Киев – сколько дружбы встречу,
Пожатий жарких и сердечных слов;
Пускай плывет Днепром широким вечер
У запорожских вольных берегов!

Поеду в Минск… Друзья, друзья повсюду!
Взлетает песня над большим столом.
Нет, никогда я в жизни не забуду
Гостеприимный белорусский дом!

Баку, Севан и звездный свод Тбилиси,
Переплетенье судеб и дорог, –
В пожатье руки братские сплелися,
И дружбы круг незыблем и широк.

Есть у меня друзья на белом свете,
Пожатья их я чувствовал в руках
И в Пакистане, где горячий ветер
Сжигает бедный колос на полях.

Там, в городах Лахоре и в Карачи,
Где нет ни тучки в небе голубом, –
Пусть говорили мы по-разному, иначе,
Но думали с друзьями об одном.

На берегах Атлантики суровой,
В Исландии у прибрежных скал,
Я понимал простое дружбы слово,
И в словаре его я не искал.

Товарищ мой – в румынской светлой хате,
Где молоко и брынзы белый круг…
И тот, кто голос отдал за Тольятти, –
Мой верный друг, мой настоящий друг!

И никогда в Америке я не был,
Какое небо там – судить я не могу;
Но знаю – есть и под нью-йоркским небом
Друзья мои на дальнем берегу.

У них такие ж матери и дети,
Как и в Москве, в Рязани и в Крыму…
Есть у меня друзья на белом свете,
И нет предела счастью моему!

На всех долготах и земных широтах,
Куда б судьба тебя не занесла, –
Тебя встречает, обнимает кто-то,
Ты узнаешь друзей – и нету им числа!

И пусть идет над миром мирный ветер,
Хлебам расти, садам вишневым цвесть!
Как много есть друзей на белом свете –
И хорошо, что всех друзей не счесть!

(1953)















Я ВАС ЛЮБЛЮ
Мы сидим вчетвером в отеле,
Друзья из Пекина и мы –
                                  из Москвы…
Месяц февраль. Индия. Дели.
Птиц засыпающих говор.
                              Шелест листвы.

Мы сидим вчетвером,
                                       вспоминая
Наши столицы
                           и наших жен;
У каждого есть своя,
                                   родная,
Та,
      что в сердце своем бережем.

Мы сидим вчетвером
                                    и учим,
Как сказать:
                     "Я вас люблю".
Английский язык
                              удивительно звучен:
"Ай лав ю… Ай лав ю!"

Проникновенно звучит и нежно, –
Ну, говори же еще, не тяни!
Я вас люблю –
                          это ветер свежий,
А по-китайски –
                             уо ай нинь.

Так переводим
                         с русского на английский,
 С английского на китайский
                                                  и наоборот…
А за окошком вечер делийский
Розово-желтым цветом цветет.

Много в повестке жизни вопросов,
Один за другим – большой караван;
Сказал мне знакомый
                                     индийский философ,
Чуть улыбаясь своим словам:

– Что мы хорошего знали с детства?
У горькой памяти все на счету.
Англия оставила нам в наследство
Английский язык и нищету.

Английский язык?! Это ж слово Шекспира!
Диккенс,
                Байрон
                             и Вальтер Скотт!
По государствам всем –
                                       от Лондона до Памира –
Слава этих имен живет.

Но все не просто в подлунном мире, -
Еще есть рабы
                         и богатая знать…
Можно
             многое знать
                                    о Шекспире
И ничего
                о жизни
                               не знать.

А сколько надо еще усилий,
Чтоб сбросил индиец
                                    тряпку с бедра,
Чтобы оделся,
                         вышел красивый,
Чтоб не горбатил
                              с утра до утра.

Чтобы из глиняных
                                  выполз хижин
К сытой жизни,
                           не золотой;
Чтобы ребенок
                          не был обижен
Английскою речью
                                 и нищетой.

Я верю –
                  это наступит время!
Пусть к нему
                        не один переход.
Но только надо,
                           чтобы со всеми
Был, со всеми
                         английский народ.

Люди
            к солнцу идут
                                      из чащи,
Им говорю:
                     – Я вас люблю!
И как бы хотелось,
                            чтоб чаще и чаще
Громче звучало:
                            "Ай лав ю!"
(Дели, 1955) 

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Популярные сообщения